Наука как натуральная магия

«Натуральная магия», — Гносис и осмысление «Логоса дароносно го». — Понятие «божественной интеллигенции». — Профанная и ес¬тественная магия. —Два значения магии. — Ученые«маги»: Альберт Великий, Роджер Бэкон, Оккам. — « Philosophia occulta » Агриппы. — Парацельс и рациональный смысл магии у Пико дела Мирандолы. — Астроном и астролог И. Кеплер. — Инквизиция.
Средневековые ученые, как правило выходцы из арабских университе¬ тов, свое знание называли «натуральной магией». «Под натуральной маги¬ ей я понимаю надежное и глубокое познание тайн природы, — напишет в 1657 г. Каспар Шотт, — так что когда становится известным природа, свой¬ ства, скрытые силы, симпатии и антипатии отдельных предметов, то можно назвать такие действия, которые людям, незнакомым с причинами их, кажутся редкостными и даже чудесными» 1 . Можно сказать, что подобным «натуральным магом» был Исаак Ньютон, который открыл действие гра¬ витационных сил.

Магия — это глубокое знание оккультных сил Природы и законов Все¬ ленной без их нарушения, и следовательно, без насилия над Природой. Как отмечает Е. Блаватская, слово «магия» означает высшее знание и изучение Природы,'глубокое проникновение в ее скрытые силы, в те таинственные, оккультные законы, которые составляют основу каждого элемента (будем ли мы считать, что их четыре или около шестидесяти). Произошло слово от титула

Высших жрецов античности, которых назы¬ вали Маха, Маги или Магинси, а последователи заросизма — Магистрами (от корня Meh ah — великий, знающий, мудрый). Под магией понимали древнее познание вне святилищ, известное как «поклонение свету», или божественную духовную мудрость — как противопоставление поклоне¬ нию тьме и невежеству. Магия и чародейство зависели от более высокого уровня подсознания, чем тот, которым располагает обычный человек в повседневности, и имели дело с невидимой частью психики. Магия может быть названа наукой или учением использования скрьпых способностей человека. Она во многом основана на интуиции, которая более информа¬ тивна, чем разрешительная способность нашего зрения или слуха.
Не подвергается сомнению то, что определенные сведения магии вы¬ ступают как отголоски герметической философии. Многочисленные сход¬ ства и постоянные ссылки на Гермеса — Бога Тота, огромное количество произведений, приписываемых или относящихся к герметической тради¬ ции, — такова питательная почва и идейнотеоретическая подоплека сред¬ невековой магии.

Однако маг— это больше практикэкспериментатор, нежели теоретикконцептуалист. Маг желает, чтобы опыт (операция) удал¬ ся, и для этого он прибегает ко всем возможным богам, молитвам и заклинаниям.

Гностики, составляющие довольно распространенное в начале новой эры течение, тяготеющее к герметической традиции, считали, что единственным путем к спасению души является «гносис» — знание, ведение. Однако дается оно не посредством разума, а обретается путем примене¬ ния магических формул, откровения, мистического единения с Боже¬ ством. По учению гностиков, мир представал сотворенным не самим Бо¬ гом, а одним из посредствующих духов — демиургом, поэтому мир мог находиться и во власти зла. Христос является эманацией, истечением Бога, между Богом и человеком посредниками служат некие зоны, бесплотные существа. Иногда под зонами подразумевают бесконечно длительные пе¬ риоды борьбы добра и зла.

Как свидетельствуют источники, гностики различали людей на три категории:
«пневматические», в которых преобладает дух (пневма);
«психические», с доминантой души — психе;
«гилические» — в них слышен зов материи, «гиле».

Последние осуждены на смерть, первые определены к спасению, вто¬рые же могут спастись, если последуют указаниям первых, избранных, обладающих «гносисом». Отцы церкви считали гностиков еретиками. Сто¬ронники еретического гносиса, в свою очередь, проповедовали невоз¬можность примирения науки и веры, усматривая в них несовместимые элементы. В ситуации, когда критерием истины становилась вера, наука оказывалась лишь вспомогательным и побочным занятием.

Греческие апологеты II в. привлекли внимание к особому влиянию сло¬ва, заходя со стороны осмысления «Логоса дароносного». Использовался тезис Филона, который обращал внимание на то, что семена Логоса, понимаемого как слово и мысль внутри нас, совершают внутри нас не¬которые превращения. Произнося некое слово, мы порождаем значение этого слова, его интерпретацию и его понимание. При этом происходит как бы возгорание Логоса, он передается от высказывающегося к вос¬принимающему. Оно сопровождается делением Логоса, смысл которого распространяется среди собеседников — передается от одного к другому.

При этом одновременно происходит и обогащение, приращение его, так как слово возрождает в другом новый огонь смысла и новый слой внут¬ренней мотивации. Отсюда выводится, что присутствующая рациональ¬ная потенция божественного Логоса — logike — имеет также свое проис¬ хождение от мудрости Бога. Логос полностью неизреченный, но все, что исходит от Логоса, связано с благодатью, так как он направлен на то, чтобы излечить людей от их недугов.

Логос был одновременно и имманентен, внутриположен (как внут¬ренний смысл, превышающий возможности слова) и как Логос произне¬сенный, в слове себя обнаруживающий. Можно без труда провести парал¬лели между герметической аксиомой «Слово сильнее оружия» и размыш¬лениями по поводу силы и влияния слова в рамках средневековой поле¬мики. К этому присоединялся пафос античного прочтения Логоса, явля¬ющего собой истинную меру, сочетающую мудрость и добродетель. Бла¬гостный дар его состоит в том, что Логос является «еще и Спасителем, поскольку обнаруженное в человеке это рациональное снадобье при оп¬ределенных обстоятельствах, остановив порок, исключив источник страстей, перерезав корни желаний, противных разуму (указанием на то, чего следует остерегаться), дает противоядие от всех болезней и путь к спа¬сению» 2 .

Христианский теолог, философ и ученый, представитель ранней пат¬ристики Оригена (около 185253/254) обращает на себя внимание тем, что провозглашает понимание Бога как «реальность интеллектуальную и спиритуальную». Реальность эта, имеющая интеллектуальную природу, полностью непостижима и неисповедима, она выше понимания и бытия, ибо природа превосходит самый ясный и чистый ум человеческий. Боль¬шое значение имеет то, что разум расширяет свои границы в рамках про¬странства веры, а также то, что он противится сведению своих потенций к сугубо светскому их прочтению и использованию.
Здесь возможны его искажения сугубо мирского характера. На самом деле интеллигибельный мир намного отстает от чувственного и телесного. Умопостигаемая при¬ рода возлагает свои надежды на возможности разума. Величие человека — в возможности приобщиться к божественному разуму.
Дошедшие до нас сочинения под именем ПсевдоДионисия Ареопагита, христианского мыслителя ( V — VI в.), получили название « Corpus Areopagiticum ». «Ареопагитический корпус» включал трактаты: «О небес¬ной иерархии», «О церковной иерархии», «О божественных именах», «Та¬ инственное богословие». Он основывался на доктрине безусловной не¬определенности и неописуемое™ бога, возможности богопознания толь¬ко посредством лестницы аналогий.

Согласно ей «благую Причину можно выразить словами многими и немногими, но также и полным и абсолют¬ным отсутствием слов. В самом деле, чтобы ее выразить, нет ни слов, ни понимания, ибо она свыше положена над всеми, а если и является, то тем, кто превозмог все нечистое и чистое, превзойдя в подъеме и сак¬ральные вершины, оставив позади все божественные светила и звуки при¬зывные, все словеса и рассуждения, проникнув через все туманные заве¬сы туда, где, как гласит Писание, царствует Тот, кто выше всего» 3 . При таком познании мысль становится немногословной, с тем чтобы обрес¬ти полнейшую бессловесность.
Если попытаться прояснить все смысловые тонкости понятия «боже¬ственная интеллигенция», то такой подход неизбежно приведет к трудам «последнего римлянина» и «первого схоласта» Боэция (ок. 480523). Сле¬дует заметить, что в его трудах толкование данного понятия предельно приближается к античной традиции. Чувство, воображение, рассудок как формы познания соединяются в «божественной интеллигенции» — выс¬шем разуме, которому доступно все, который парит над вселенной, все¬ охватывающий и универсальный.

Исследователи показывают, что по тра¬диции, берущей начало от Аристотеля, ум ( intelligent ia ) есть созерцание начал, высших принципов. По Фоме Аквинекому, все духовные твари наделены «интеллектами», а Творец — «интеллигенцией». У Боэция оба эти слова (интеллект и интеллигенция) употребляются равнозначно — как божественный интуитивный разум, в отличие от дискурсивного, свя¬занного с чувственностью «рацио». Интеллект отождествляется с остри¬ем ума. Метод интеллектуального, т.е. постигающего, созерцания ( intellectualiter ) схватывает не образ ( imago ) предмета, дальше которого не могут идти ни физика, ни математика, но прообраз этого образа, дей¬ствительную форму предмета, «которая есть само бытие ( esse ) и от кото¬рой бытие происходит».
В пятой книге «Утешения философией» Боэция есть такие строфы:
«Сокрытую от глаза сущность форм
Невеждам не понять, пусть зрима даже им!
Кто к разуму небес причастен был,
Тот знает единичное и все!
Сокрытый в нас не все еще забыл
Наш разум, — заточенный в членах дух, —
Понятье общего (он) удержал.
Кто правду ищет, — нелегко ему, —
Он вещи познает, но охватить
Их сущность ведь не сразу всем дано» 4 .
Устремленность к постижению сущности вещей, направленность на отыскание общей закономерности, спрятанные в особенностях средне¬ векового дискурса, роднили и выводили на единое проблемное поле «на¬туральную магию» и науку.

Сторонником «естественной магии» провозглашал себя Марселио Фичино (14331499), влиятельный ум в Флорентийской платоновской академии. Он обнародовал герметические доктрины. Задаваясь вопросом: «Почему у нас такой страх перед магией?» — Фичино приходит к необхо¬димости отличения профанной, извращенной магии, и естественной ма¬гии.

Профанная магия основывается на культе демонов, естественная магия использует благоприятное воздействие небесных тел для оздоров¬ления тела. Способность тех, кто практикует в области медицины и в сель¬ском хозяйстве, тем продуктивнее, чем больше их склонность связывать вещи небесные с земными.
Естественная магия связана с воздействием естественных причин на естественные предметы и осуществляется на основе законов и необходи¬мости. Она наследует платоновскую идею об универсальной одушевлен¬ности всех вещей, вводит специальный элемент — дух, являющийся са¬ мой тонкой пневматической субстанцией, пронизывающей все тела.

Жиз¬ненная сила «духа» истекает из лучащихся звезд. «Камни, металлы, тра¬вы, раковины моллюсков, как носители жизни и духа, могут быть разно¬образно использованы с учетом их «симпатических свойств». Поэтому Фичино делал еще и талисманы, использовал чары музыки — орфиче¬ские песенные гимны с одноголосьем и в инструментальном сопровож¬дении, что должно было способствовать улавливанию благотворного вли¬яния планет и гармонии для «устанавливания звездной симпатии» 5 .

И хотя связь магии с медициной оправдывалась тем, что сам Христос являлся целителем, негативная оценка всей системы магии исторически во многом была обусловлена отношением к ней религии. Именно средне¬вековье изгнало магию из Божественного миропорядка, отнесло ее к компотенции демонических сил. Хотя по сути своей «натуральная магия» тра¬диционно противостояла религии и зачастую поднимала сугубо философ¬ские вопросы. И если с «естественной магией» связывали чудеса естествен¬ных вещей, то с искусственной магией — образцы человеческого творче¬ства, поднимающие его над природой, например, изобретение телескопа ,или артиллерии.

В связи с этим можно различить два значения в определении магии. Со¬ гласно первому она отождествляется с путем оккультиста, согласно вто¬ рому магия есть практическое воздействие на действительность. Это осо¬ бый вид деятельности, который имеет своей целью преобразование дей¬ствительности на физическом и тонком уровнях. Тонкие слои действи¬тельности, исходя из магических представлений, являются причинными по отношению к грубому физическому миру. Наука отрицает такую зави¬симость, как и само наличие тонких уровней бытия.

Современная наука работает с категорией идеального, признает идеализированные объекты, но игнорирует их информационноэнергетическую специфичность. Для мага человек представляет собой пучок энергетических сплетений, а кос¬мос содержит в себе скрытые силы, познание и использование которых недоступно непосвященным. И точно так же, как в сфере науки, для того чтобы сделать научное открытие, нужно обладать познаниями и нео¬ рдинарным умом, так в сфере вненаучного знания необходимы умения и способности. Магия всегда привлекала к себе особое внимание своей фун¬кцией целительства и тем, что она выступила разновидностью психотера¬пии.

Из-за полярности энергетических потоков принято говорить о двух магических ориентациях — белой и черной магии. Согласно древним ле¬гендам, подобно тому как человек после своего падения облачился в зем¬ное тело, так и священные науки, содержащие в себе секретную муд¬рость, облачились в твердые оболочки, сквозь которые не может себя проявлять их трансцендентальная сущность. Таким образом алхимия транс¬ формировалась в химию, астрология в астрономию. Считалось, что путь преодоления барьеров, разделяющих видимое от невидимого, — это путь мистерий. (В настоящее время это напоминает те многообразные и мно¬гочисленные занятия школ и школок, на которых страждущие и любоз¬нательные обыватели восполняют свою потребность познавания и при¬общения к важным для них нетрадиционным знаниям.)

Итак, познание «тайн природы», «натуральная магия» и «сокровен¬ная философия» выступают как понятия синонимичные. Особое внима¬ние привлекает к себе учение арабского философа Ибн Рушда (Аверроэса) (11261198). Автор семитомного медицинского труда, знаменитый комментатор Аристотеля и защитник прав разума в познании, Аверроэс был сторонником, выражаясь современным языком, космического де¬терминизма и единого интеллекта. Этот активный интеллект, существуя вне и независимо от эмпирических индивидуумов, «есть вечный коллек¬тивный разум человеческого рода, который не возникает и не уничтожа¬ется и который заключает в себе общие истины в обязательной для всех форме. Он есть субстанция истинно духовной жизни, и познавательная деятельность индивидуума образует лишь частное проявление ее.

Разумное познание человека есть, следовательно, безличная и сверхлич¬ная функция: это временная причастность индивидуума к вечному разуму. Последняя есть та общая сущность, которая реализуется в высших про¬ явлениях индивидуальной деятельности» 6 . Эти далеко ведущие предположения представляют собой отдаленный аналог и концепции ноосферы, и идеи информационного поля Вселенной.

В средние же века они тяготели к панпсихизму и были неизменными спутниками мистических размышлений.
Источники отмечают, что «благодаря крестовым походам и маври¬танским университетам в Испании европейцы познакомились с основами арабской науки и магии. Ученые маги Альберт Великий (ок. 1193—1280) и Роджер Бэкон (ок. 1214—1292) имели столь обширные сведения по есте¬ствознанию, что слыли чародеями. Сам Фома Аквинский, будучи учени¬ком Альберта Великого, стал поборником веры в чародейство под впе¬чатлением тех экспериментов в естествознании и науках, которые осу¬ществлял в своей тайной мастерской Альберт Великий 7 .

Эти ученые-маги придерживались убеждения, что все происходит на основании скрытых законов природы. Роджер Бэкон написал произведе¬ние под названием «О ничтожестве магии», так как не верил в возмож¬ность произвести что-либо посредством заклинания духов. Альберт Вели¬кий утверждал, что при исследовании природы надо постоянно обращаться к наблюдению и опыту. Он провел большую часть своей жизни в путеше¬ствиях, и у него были географические сочинения, свидетельствующие о его наблюдательности.

Его опыты по физике сообщают, что стеклянный шар," наполненный водой, собирает солнечные лучи в одну точку, в ко¬ торой сосредоточивается большое количество теплоты. Он указывал и способ исследования воды: если два куска полотна, опущенные в разные источники, после высыхания будут иметь разный вес, то кусок, который окажется легче, свидетельствует о более чистой воде.

Роджер Бэкон проводил опыты с вогнутым зеркалом и зажигательным стеклом. Посредством вогнутого зеркала отдаленные предметы были вид¬ны более ясно. У него было стекло, в которое он мог видеть все, что происходило на 50 миль в окружности, а также зеркала, которыми мож¬но было зажигать дальние города. Однако телескоп ему устроить не уда¬лось. Имея энциклопедическую образованность и широкий кругозор, он подчеркивал важность изучения произведений по оригиналам и необхо¬димость знания математики. Но после того, как был призван инквизици¬ей дать отчет о своих взглядах, провел в тюрьме пятнадцать лет.

Обращают на себя внимание представления о процессе познания, раз¬ виваемые Оккамом (ок. 12851349). Английский философ учился и препо¬давал в Оксфорде. Чувственное познание у него теряет характер точного воспроизведения своего объекта. «Представление ( conceptus ) как таковое есть состояние или акт души ( passio — intentio animae ) и образует знак ( signum ) для соответствующей ему внешней вещи»

8 . Следовательно, в душе мы находим знак для соответствующего ему явления во внешнем мире. Оккам ограничивал применение понятия причинности сферой эмпири¬ческой констатации.
Средневековая наука, или, как ее называли, «сокровенная филосо¬фия», с течением времени пришла к выводу, что из всех магических ис¬кусств возможным оказалось лишь то, которое строилось на применении сил природы и на естественном взаимодействии вещей. Натуральная ма¬гия представала в качестве своего рода практической физики, которая показывала, как много фокусов можно сделать на основе природных свя¬зей (например, опыты с магнитом).

Возрождение попыталось оправдать магические притязания к свобод¬ному поиску и творчеству. «...Мудрец, имеющий власть над звездами, маг, который формирует стихии: вот единство бытия и мышления, всеобщая открытость реальности. Это, и ничто иное, подразумевала защита магии, которую Возрождение включило в свое прославление человека»
9 . Одна¬ко, в какую бы сторону ни клонился маятник оценок магии, бесспорен ее исторический возраст. А это означает, что данный феномен как древ¬нейшее явление универсален, это культурноэтический элемент духов¬ного развития человечества.
Если вслед за Агриппой попытаться обобщить все известное об ок¬культизме, то получится следующая картина.

Во-первых, налицо весьма строгая системность всех эзотерических знаний. « Philosophia occulta » Aгриппы включала три части: теорию магии, практическое приложение и эзотерическую систему. Во-вторых, окажется понятным особое положе¬ние данной системы знаний, именуемой как «наука наук», «натуральная философия» или «Священная мудрость». У Агриппы она воспринимается как высшая и совершеннейшая из всех возможных наук. Он был уверен, что магия обнимает собой глубочайшее созерцание самых тайных вещей, знание всей природы, учит нас, в чем вещи различаются друг от друга и в чем они согласуются. Отсюда происходит ее чудесное действие, так как она сочетает различные силы и всюду связывает низшее с силою высше¬го; поэтому магия есть совершеннейшая и высшая из наук, высокая и священная философия.

Как всякая истинная философия, она разделяется на физику, мате¬матику и теологию. Магия соединяет в одно целое эти три науки и допол¬няет их, поэтому она по праву с древнейших времен называется высочай¬шей и священнейшей из наук.
Выводам Генриха Корнелия Агриппы (14561535) следует доверять. Этот оригинальный ученый, сочетающий в себе дар естествоиспытате¬ля, медика и философа, происходил из старинного богатого рода. В мо¬лодости изучал правоведение, литературу, иностранные языки, в Па¬риже основал общество для изучения тайных наук. Свое большое сочи¬нение в трех томах он посвятил магии во всей ее совокупности. Основ¬ные идеи Агриппы о тайной философии были заимствованы и покоились на положениях физики Аристотеля и астрономии Птоломея, филосо¬фии неоплатоников. Агриппа решился доказать, что существующая ма¬гия согласуется не только с имеющимися в то время общими знаниями о естественном порядке вещей, но и со всем тогдашним мировоззрением.

По мнению исследователей, цель Агриппы состояла в том, чтобы превратить магию из сверхъестественной науки в физику, математику, теологию. Таким образом, Агриппа первым заговорил о естественной магии.
Магическая система Агриппы была построена на известном гермети¬ческом принципе: как высшее влияет на низшее, так и низшее влияет на высшее, только в меньшей степени. В 1й главе говорится: «Мир имеет троякий характер: стихийный, небесный и интеллектуальный. Все низшее управляется высшим и от него получает свою силу... Поэтому магики ис¬следуют силы стихийного мира путем разных сочетаний естественных ве¬щей и, кроме того, присоединяют к ним небесные силы. Мы можем пользоваться не только имеющимися у нас силами обыкновенных ве¬щей, но и привлекать к себе из высших миров новые силы».

Скрытые свойства, получаемые вещами от мировой души через по¬ средство звездных лучей, могут быть найдены лишь путем догадки и опы¬та. Тот, кто хочет исследовать, должен прежде всего знать, что всякая вещь тяготеет к себе подобной и всем своим существом притягивает к себе подобную. Все вещи богаты известными свойствами и качествами, например теплотой, холодом, смелостью, страхом, печалью, гневом, любовью или какой-либо иной страстью или силой — все эти вещи силь¬но тяготеют к вещам с подобными же свойствами и вызывают в них по¬добные же силы» 10 . Это взаимное согласование древние греки называли «симпатией». Закон симпатии и антипатии имел значение в философии неоплатоников. Агриппой он был введен в ранг всеобщего закона приро¬ды и более двух столетий служил объяснительной моделью всех явлений. Так понятая магия получила название «натуральной философии».

В рамках натуральной философии человек есть микрокосм и заключа¬ет в себе все числа, меры, веса, движения и элементы. Мир называется «макрокосм». Руководящей идеей становится мысль, что все однородное находится в условиях взаимного обмена, высшее господствует над низ¬шим, но и низшее может действовать обратно и привлечь к себе силы высшего. Поэтому магические операции основываются на действии еди¬ного всеобъемлющего закона природы, на целесообразном приложении сил природы. В этом суть великой реформации Агриппы, который хотел достигнуть того, чтобы ученых магов считали не чернокнижниками, но носителями высочайшей и священнейшей науки.

Известный под псевдонимом Парацельс немецкий врач и естествоис¬пытатель Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм (1493—1541) был сведущ и удачлив в применении средств народной медицины, целебной силы трав, минералов и алхимических преобразований. Его медицина опиралась на астрологию и алхимию, основывалась на глубочайшем знании вещей при¬роды и ее тайн. Можно сказать, что мировоззрение Парацельса было на¬сквозь пронизано принципом аналогий, микрокосм уподоблялся макро¬косму, человек — Вселенной, его органы — небесным светилам: серд¬це — Солнцу, мозг — Луне, печень — Сатурну, почки — Юпитеру.

Анало¬гиями пронизаны и отношения между человеческими органами, расте¬ниями и минералами, а растения и минералы соотносятся с небесными светилами. Из многовековой практики алхимии Парацельс использовал аналогию, когда ртуть соответствовала духу, соль — телу, сера — душе.
Поэтому принцип лечения от любого заболевания он разыскивал в при¬ роде. Он видел мир как сплетение и взаимосвязь различных возможностей.
Парацельс был учеником доверенного друга Агриппы аббата Тритгейма и еще в молодости познакомился с основными идеями французского ученого. Сходство между трудами Парацельса, которых было множество, и системой Агриппы очень велико. Из закона о подчинении низшего выс¬шему и закона симпатии и антипатии Парацельс вывел два главных мето¬да лечения — арканы и симпатические средства. Каждое вещество, по его мнению, действует лишь на отдельные, ограниченные области тела и не влияет на все тело вообще. Такие вещества называются арканумы.
Истин¬ная задача алхимии состоит в изготовлении арканумов, направленных на лечение болезней, а не на получение золота.
Так как однородные силы притягиваются, то болезнь может быть из¬влечена тем, что масть ее материи переносится на другие тела: растения, животных и т.п. Герметическая медицина действует посредством субстан¬ции после ее динамизирования астральными телами (имеется в виду употребление талисманов). Парацельс оставил после себя множество трудов, однако сам его дискурс и ткань его рассуждений отражали чуждый наше¬му современнику образ мыслей, как например: «Сифилис нужно лечить мазью из ртути, а также употреблением внутрь этого металла, поскольку ртуть есть знак планеты Меркурий, который в свою очередь служит зна¬ком рынка, а сифилис подхватывают на рынке»

11 . Рациональный смысл магии, в противоположность закрепившемуся за ней колдовскому истолкованию, можно обнаружить во взглядах Пико дела Мирандолы (1463—1494). Одаренный, владевший древними языками бога¬тый флорентийский граф Пико обращал внимание своих современников на то, что магия связана с постижением действительных тайн природы. Именно поэтому она носит имя
« magia naturalis » — естественная магия. В сочинении «Против астрологии» граф Пико протестовал против своеоб¬разного астрологического детерминизма, который сковывал и парализо¬вывал человеческую активность.

Заслугой и новшеством, внесенным Пико, является присоединение к магии и герметизму каббалы. Каббала сочетает теоретикодоктринальный и практикемагический аспекты. Она обнаруживает сходство с писаниями герметиков, халдейских оракулов, орфиков. Практикомагический аспект разрабатывается либо «в форме аутогипноза» для реализации внутренне¬ го созерцания, либо в форме, очень близкой к магии, основанной на власти сакрального еврейского языка и на получаемом от ангелов голо¬ се, а также на десяти именах власти и атрибутов Бога, так называемых « sefirot ».

Доктрина « sefirot » представляет собой пространственную разверстку живительных сил Бога, этакий космологический контекст, состоящий из отношений между 10 сферами космоса. Это сферы семи планет, сферы неподвижных звезд и более высокие сферы. Доктрина основана на утон¬ченной мистической интерпретации слов и букв еврейского алфавита. Са¬мым сложным в каббалистической практике считался метод « gematria », основанный на числовых значениях, определенных каждой букве еврейского алфавита, что порождало математическую систему крайней слож¬ности. Выходило, что без непосредственного знакомства с еврейским язы¬ ком невозможно было овладеть каббалой. И Пико, помимо арабского и халдейского, изучает еврейский язык.

Отвлекаясь от фигуры гуманиста Возрождения Пико дела Мирандо лы, заметим, что каббалу называют «Космическим проектом», планом Вселенной и человека. Считается, что в ней в зашифрованном виде запи¬саны все возможные взаимосвязи. Древо Жизни — диаграмма, лежащая в основе каббалы, — состоит из 10 кругов, связанных между собой 22 путя¬ми.

Д. Форчун в книге «Мистическая каббала» пишет: «...Если вселенная является сознательным порождением ментальной активности Логоса, то Древо — это символическая интерпретация «скрытого материала» Боже¬ственного сознания и тех процессов, посредством которых Вселенная возникла» 12 . Названия сефир отражают определенные свойства Вселен¬ ной и конкретные духовные понятия. Первая система называется в кабба¬ле «Порядок создания миров и сефирот», вторая— «Пути постижения пророчества и духа». Древо делится на четыре уровня:
мир эманации, предшествующий всему сотворенному;
мир творчества;
мир воплощения;
мир реальности.
Все четыре мира также имеют структуру дерева, и каждый в отдельно¬сти тоже содержит по десять сефир, что составляет в сумме сорок.
Можно сказать, что речь идет о нисхождении духа в материю и о вос¬хождении материи к духу. Ведь в духовном мире желание быть чем-то и есть действие. В каббале провозглашается, что, создав и представив в наше распоряжение миры, Создатель поставил этим задачу: достичь слияния с ним путем постепенного духовного развития и подъема. В каббале матери¬ал изучается по цепочке от причины каждого явления к следствию.

Внутри каббалической модели макрокосма существует модель микро¬косма, или человека. В ней также присутствуют десять сефирот — боже¬ственных сфер, рассматриваемых как аналоги десяти священным членам и органам человеческого тела: Кетер — голова, Хокма и Бина— левое и правое полушария мозга, Хесед и Гебура — левая и правая рука, Тефе рет — сердце, Нетцах и Ход — левая и правая нога, опоры жизни, Маль хут — две ступни, основание бытия. Человек существует в четырех мирах, но может установить контроль за ними.
Можно прийти к выводу, что парадигма герметического мышления была весьма характерна для средних веков, несмотря на то, что данная эпоха вошла в официальную историю как ориентированная на теологию. Франческо Патрици (15291591) прославил себя тем, что свое восхище¬ние герметической философией обрек в призыв к Папе ввести в препода¬вание « Corpus Hermeticum » и даже преподавать его иезуитам.

Конечно же, попытка навязать церкви Гермеса Трисмегиста была обречена на про¬ вал, но сам подобный факт говорит о многом. Линия изучения гермети¬ ческой философии не прерывалась, ее сведения, расширяющие границы и возможности разума, приветствоватась.

Известный философутопист Томмазо Кампанелла (1568—1639) извес¬тен не только «Городом солнца», но и своей книгой «Об ощущении ве¬щей и магии». Будучи уверенным, что «все наши действия возможны при условии действия неба», он весьма высоко ценил астрологию и считал ее вполне научным занятием.

Знаменитый немецкий астроном И.Кеплер (15711630) также очень увлекался астрологией, составлял гороскопы и всячески пропагандиро¬вал идею взаимного влияния небесных светил. Эта весьма приемлемая для современной науки идея о взаимодействии планет, уходящая в герметизм и космологию античности, давала свои плоды в астрологических гороскопах многих эпох. Как сообщают исследователи, именно И. Кеплер ввел термин «инерция» для обозначения «лени» планет. В фигуре Кеплера сочетались характеристики ученого современного типа, который размыш¬лял над законами космического механизма, и тяга к древним, основан¬ ным на пифагорейскоплатоновском взгляде на мир знаниям и идеям.

Идея относительной гармонии мира, которую могут воспринимать мудрецы с особо тонким слухом, привела Кеплера к созданию его знаменитого про¬изведения «Гармония мира» (1619). В наследство современной науке это произведение оставило математически точную зависимость между време¬нем обращения планет вокруг Солнца и их расстоянием от него (так на¬зываемый третий закон Кеплера).

Два других известных закона гласят:
планеты движутся вокруг Солнца не по идеально круговым орби¬там, как это представлялось Аристотелю, Птолемею, да и Копер¬нику, а по эллиптическим;
в движении планет по орбитам вокруг Солнца установлена неравновестность

13 .
Однако, несмотря на все личные достижения Кеплера, учебник коперниканской астрономии, им опубликованный, был внесен в «Индекс запрещенных книг».

Не следует забывать, что увлечение натуральной ма¬гией происходило на фоне деятельности инквизиции, которая, ссылаясь на утверждения великого Фомы Аквинского о том, что дьявольская ма¬гия возможна, истребляла последние остатки сект и вольнодумцев, об¬виняя их как в ереси, так и в колдовстве. Когда с еретиками было покон¬чено, продолжились процессы над ведьмами.

Во Франции процессы о ведь¬ мах процветали до 1390 г., а в Германии они только начались с 1448 г. Чис¬ло сожженных ведьм в Европе доходило до нескольких миллионов. Не из¬бежали подобной участи и мужчины. «Создается впечатление, — делает вывод составитель Иллюстрированной истории суеверий доктор Лемаин, — что если какая-нибудь из участвующих сторон и бывшая во власти дьявола, то, во всяком случае, не обвиненные ведьмы, а преподобные инквизиторы»

14 . После Реформации гонения на ведьм осуществлялись в Дании, а столетием позже — в Швеции. Процессы о ведьмах прекратились в Дании около 1700 г., в Германии — в 1711 г., а в Австрии — в 1740 г.
И все же, несмотря на гонения и свирепствования инквизиции, труды, посвященные изучению магии, продолжали появляться. Так, в 16911693 гг. был опубликован самый большой труд о магии (в 4 томах) доктора теолога Бальтазара Беккера. Изданная ранее, в 1657г., «Магия универсаль¬ная» Скотта оказалась на самом деле руководством по физике в примене¬нии ее к волшебным фокусам. Гигантский труд Галлеса, состоящий из 17 томов (17841802),— «Магия или волшебные силы природы» — пред¬ставлял собой пеструю смесь физики, химии, агрономии и поваренного искусства. В магии различались операции вообще (пойэзис, праксис), мо¬литва и формула призвания (логос, клезис).
На фоне подобных изысканий одно за другим совершались великие на¬учные открытия Галилея, Коперника, Гюйгенса, Ньютона, Изобретение печатного станка (который использовался в Китае за 500 лет до того), дало мощный рост светской культуре, развитию системы знания в целом. Тех¬ нические достижения, в частности в области кораблестроения и навига¬ ции, доказывали, что все происходящее в мире осуществляется на основе точных законов, а не под влиянием таинственных сверхъестественных сил. И вместе с тем наличие гравитации так и не получило своего удовлетвори¬ тельного объяснения. Нет и единой теории поля. А проблема возникновения человеческого сознания и по сей день остается нерешенной.
Ссылку потеряла